Вместо предисловия 8 страница

Вместо предисловия 8 страница

— Устала ты, Раечка, изнервничалась, вот и мерещатся тебе всякие страхи, — ласково проговорил инженер. — Я, правда, тоже очень устал, но не поддаюсь. Особенно радует меня то, что удалось заслужить уважение рабочих. Теперь мне никакие козни фоминских прихвостней не страшны, — старался успокоить девушку Петров, хотя сам далеко не был уверен в том, что в ночной темноте его не подстрелит из-за угла затаившийся недруг.

— Береги же себя, любимый! — умоляла Рая, провожая Петрова.

На улице, прижавшись к жениху, она еще раз взяла с него слово зря не рисковать в предстоящих боях. Растроганный девичьей лаской, Петров бодрой походкой направился к избе, где размещались Блохин и Вместо предисловия 8 страница Прахов. Тут же, лежа на печи, на лавках и просто на полу, храпели красногвардейцы. За столом, скудно освещенным мигающей коптилкой, нагнувшись над картой, сидели Лебедева и Блохин.

Вслед за Петровым в избу вбежала Повалихина.

— Товарищи начальники! Почитай, вся деревня собралась убегать от немца вместе с нами, — объявила она.

— Надо нам с вами, товарищ Блохин, заняться этим делом, — поднялась Лебедева. — В Питере и его окрестностях трудно с продовольствием. Надо это объяснить крестьянам. Я сама поговорю с ними…

Лебедева поспешно надела полушубок и вышла из избы.

— Огонь-баба! Настоящая большевичка! — горячо говорил Блохин. — Товарищ Петров, как думаешь — к Нарве Вместо предисловия 8 страница нам двигаться проселками или по шоссе?

— По шоссе скорее можно напороться на немецкие части, — задумчиво ответил Петров. — И все же придется двигаться по шоссе, иначе мы рискуем застрять по дороге в лесу и остаться в немецком тылу.

— И я так думаю! — кивнул Блохин.

Около полуночи вместе с Праховым в избу явились Самохин и Демин. Они сообщили о гибели Онуприенко. Посеревшие от усталости и горя, они сбивчиво рассказали о происшедшем.

Первой заплакала и запричитала Повалихина:

— Парень-то какой был! Редкая деваха на него не засматривалась, особенно когда он начинал петь! Голос у него был звучный и ласковый, слушать его — что мед пить Вместо предисловия 8 страница…

— Жил честно и достойно умер, как настоящий большевик. Надо всем рассказать о его геройской смерти, чтобы народ знал, какие герои живут среди нас, — с чувством проговорил Блохин.

— Обязательно подробно расскажем перед выступлением. Память о таких, как Онуприенко, не может, не должна умереть, — с жаром отозвался Прахов.

Спавшая на лавке Саня вдруг проснулась, вскочила, расширенными глазами посмотрела на Демина и Самохина и сдавленным голосом воскликнула:

— Что?! Что вы говорите? Неужто убили Андрюшу?

— Не убили, а сам он подорвал себя, не захотел сдаться в плен, — ответил Демин, грустно глядя на взволнованную девушку, и повторил свой печальный рассказ. По мере того Вместо предисловия 8 страница как он говорил, Саня все больше мрачнела. Она жадно ловила каждое слово и не чувствовала, как крупные слезы катятся по ее лицу.

— Андрюша! Андрюша-а!.. — шептала она, сама того не замечая. — Андрюшенька, мой любимый…

К ней подошла Повалихина, и, обнявшись, обе горько заплакали.

Известие о подвиге и гибели Онуприенко настолько взволновало всех, что об усталости и отдыхе забыли, оживленно обсуждая это событие.



— Подумать только, каким героем оказался Онуприенко! — задумчиво произнесла Кустова. — Я ведь его знаю давно, еще молодым парнишкой, когда он только пришел на завод.

— Да, парень он был… — не договорив, Прахов нагнул голову и стал торопливо протирать очки.

Петров был Вместо предисловия 8 страница страшно подавлен вестью о гибели Онуприенко, он считал себя повинным в его смерти. Ведь мог же он оставить в засаде не Андрея, а кого-то другого или остаться сам. Ему не верилось, что он уже больше никогда не увидит чернобрового красавца.

«Как жаль, что погиб такой замечательный человек, — думал Петров. — Дать Онуприенко образование — вышел бы из него прекрасный инженер…»

В углу тихонько плакала Саня. Повалихина, склонившись над ней, шептала слова утешения, но потрясенная горем девушка едва ли слышала их.

Всю ночь Лебедева просидела над картой вместе с Блохиным. Они решили в три часа ночи поднять отряд Вместо предисловия 8 страница и продолжать двигаться дальше, чтобы к рассвету быть в Нарве. Но выяснилось, что многие красногвардейцы не могут идти — после ночевки в тепле у них нестерпимо болели обмороженные ноги.

— Надо мобилизовать лошадей и сани у деревенских богатеев, — подсказала Лебедева.

С помощью бедняков Орехов быстро собрал несколько саней, которые составили дополнительный обоз.

Когда отряд уже выступил из деревни, по нему неожиданно открыли ружейный огонь. Стреляли из кулацких изб и дворов.

По распоряжению Блохина красногвардейцы окружили эти дворы и при содействии местных партизан задержали несколько кулацких сынков, стрелявших в красногвардейцев. Хотя рабочие и настаивали на немедленном расстреле бандитов, Лебедева распорядилась передать задержанных по прибытии Вместо предисловия 8 страница в Нарву революционному трибуналу.

Арьергард Стального отряда по-прежнему находился под командой Петрова. Помощниками ему назначили Круповича и Орехова. Несмотря на обмороженные ноги и вспухшее лицо, Орехов всеми силами старался подбодрить бойцов.

— Я начинаю понимать, почему сибиряки все бородатые, — шутил он. — Борода — это вроде шубы на лице, с ней никакой мороз не страшен… Но зато девушки не любят бородатых. Придется зимой ходить с бородой, а к лету бриться!

— У молодежи настоящей бороды-то не растет, так — кусты какие-то! — улыбнулся Крупович.

— Сколько вам лет, товарищ Крупович? — поинтересовался Петров.

— За сорок перевалило! — вздохнул мастер. — Успел при царе побывать Вместо предисловия 8 страница в тюрьме да бежал с дороги в Сибирь. Всего пришлось пережить… Но это пошло только впрок. Стал выносливее физически и устойчивее морально. Большевиков трудности только закаляют.

Арьергард медленно двигался за отрядом по смутно чернеющей среди белых сугробов дороге. Деревня давно осталась позади. Отряд вошел в лес и двигался под согнутыми снегом ветвями.

Глава 17

Уже совсем рассвело, когда Стальной рабочий отряд встретился с посланными ему навстречу моряками. С ними двигалось несколько бронеавтомобилей. Теперь охрану тыла отступающего Стального отряда взяли на себя матросы. Арьергард слился с главными силами отряда, и вскоре все благополучно достигли Нарвы.

Рабочие с любопытством разглядывали непривычную для русских архитектуру домов Вместо предисловия 8 страница, высокие брандмауэры, стрельчатые окна, крыши с острыми шпилями, крытые черной черепицей, аккуратные, но узенькие улочки, старинные здания и кое-где сохранившиеся крепостные башни.

В городе царило большое оживление. В разные стороны двигались вооруженные отряды рабочих, матросские команды, пехотные подразделения. С шумом проезжали артиллерия и обозы. Все свидетельствовало о наличии в районе Нарвы значительного количества войск.

— За последние два дня нашего полку здесь прибыло, — радостно заметил Блохин. — Видно, весь Питер поднялся нам на помощь, против немца.

— Немец-то по дурости своей считал, что Питер некому защищать. А выходит, что мы как следует сумеем проучить его здесь, под Нарвой! — улыбнулся Вместо предисловия 8 страница Петров.

С приходом в Нарву настроение рабочих сразу поднялось, посыпались шутки, усталость словно уменьшилась.

Встречные с удивлением оглядывали закутанные во что попало фигуры бойцов Стального отряда.

— Откуда бредете такие обтрепанные? — спрашивали они.

— Двое суток без перерыва отбивались от немцев, пока вы тут подготовляли для них хорошую встречу. Отдохнем, соберемся с силами — и снова в бой! — отвечали бойцы Стального отряда.

— Ну как, немец крепко нажимает?

— Нажимает, но и мы ему спуску не даем, тоже бьем! Дух у него супротив нас хлипкий, — отозвался Демин.

Конный ординарец из отряда Дыбенко привез приказ рабочему отряду отойти в общий резерв и расположиться на Вместо предисловия 8 страница западной окраине Нарвы.

Было уже совсем светло, когда Стальной отряд добрался до места. Фесин заранее подготовил дома для расквартирования, заняв для этой цели несколько хороших подворий, принадлежавших кулакам и купцам. Он где-то раздобыл себе шинель и папаху и словно помолодел.

— Разрешите, товарищ командир, доложить, что обоз Стального отряда благополучно прибыл в город Нарву, — отрапортовал он Блохину. — Раненые и больные сданы на вокзале в санитарный поезд. Потерь в людях, лошадях и материальной части нет.

— Да ты лет на двадцать помолодел, Петр Митрофанович! — удивился Блохин.

— Не тоже командиру походить на старую бабушку, — серьезно пояснил Фесин. — Вот и пришлось вспомнить, как меня в Вместо предисловия 8 страница сибирском стрелковом полку школили… Да что это я со своими разговорами! — Он всплеснул руками. — Все устали, спать хотят, а я сказки рассказываю… Вот эти девять дворов отведены нам на постой…

Утомленные походом, рабочие быстро разошлись по отведенным для них домам, сытно пообедали и почти тотчас завалились спать. Остались бодрствовать лишь дежурные и караульные.

Когда все устроилось, Петров постарался осмыслить, что же в сущности произошло.

— Не проще было бы сидеть в Нарве и дожидаться здесь немцев? — высказал он свои мысли вслух.

— На нас была возложена задача выяснить силы врага и по возможности задержать его наступление. Это мы выполнили, — пояснил Вместо предисловия 8 страница Блохин. — Пока мы воевали, видал, какую здесь силу накопили?

Вместе с Петровым командир отряда отправился в обход домов, где расположились красногвардейцы. Повалихина, зевая, хлопотала около ротных кухонь. Она двигалась с трудом, но, преодолевая усталость, зорко следила за тем, как готовится обед.

— Скоро до Стального завода доберемся? — справилась она у Блохина.

— Больно соскучилась по нему, что ли?

— Ежели и дальше так будем пятиться раком, то ден через шесть придется нам щи варить в мартенах, — раздраженно произнесла женщина.

— Есть приказ от самого товарища Ленина остановиться у Нарвы и ни шагу дальше не отступать, — ответил Блохин. — Сколько у нас человек на довольствии Вместо предисловия 8 страница?

— Во всех цехах, то бишь ротах, около двухсот…

— Неужто мы столько потеряли? — удивился Петров.

— Полсотни раненых да обмороженных отправили в Питер. Да отсталых много. Они еще подойдут…

— Здравствуйте, товарищи! — вошла во двор Лебедева. Она выглядела совсем больной и прихрамывала. — Умудрилась отморозить пятку на левой ноге, — пожаловалась она.

— Зачем же тогда вы ходите? — заметил Петров.

— Проводила митинг в сводном рабочем отряде и в других частях. Везде настроение бодрое, особенно в Молодежном отряде. А как у вас, товарищ Блохин?

— Люди очень утомлены. Сейчас отдыхают. Отоспятся — и опять пойдут в бой. Упадка духа не заметно.

— Все ваши пушки целы?

— Так Вместо предисловия 8 страница точно, товарищ комиссар! — ответил Петров. — Вот ружейных патронов и снарядов у нас маловато.

— Они есть в Нарве, на станции. Из Питера пришло распоряжение с рассветом все ваши пушки выдвинуть на позицию в районе деревни Сольдино. Кто у вас будет командовать артиллерией?

Блохин задумчиво потер лоб.

— Тут надо подобрать сурьезного товарища! Придется послать Прахова, он на заводе часто проводил пробный обстрел пушек на полигоне…

Лебедева закрыла глаза от усталости и, сняв полушубок, попросила стакан горячего чая.

Пока она пила чай, Петров написал приказ о переброске пушек в район деревни Сольдино.

— Необходимо отметить работу женщин Стального отряда, товарищ Блохин, — с наслаждением прихлебывая Вместо предисловия 8 страница чай, проговорила Лебедева. — Особенно вашего заведующего продовольственной частью — Повалихину. Она во время похода проявила много энергии, изобретательности и неустрашимости. И сейчас, когда все отдыхают, она хлопочет около кухонь. Ее пример показывает, что в деле защиты революции пролетарская женщина идет плечом к плечу с мужчиной.

Выпив чай, комиссар заторопилась в отряд Дыбенко.

— Товарищ Петров поедет со мной. Там он получит последние приказы и распоряжения из Питера, — решила она. — А заодно возьмет наряд на боеприпасы.

— Слушаюсь, товарищ Лебедева!

Через несколько минут легкие санки уже мчали комиссара по улицам Нарвы. Петров — с любопытством посматривал по сторонам. Лебедева, опустив голову, дремала.

«Совсем измаялась Вместо предисловия 8 страница, бедная! — сочувственно подумал инженер. — Нет, не женское это дело — воевать!..»

Вход на вокзал охраняли красногвардейцы-рабочие, которые потребовали документы.

Мандат Лебедевой снова вызвал сомнение у охраны.

— Кто вам выдал этот мандат? — справился начальник охраны.

— А вы из какой организации? — ответила вопросом на вопрос Лебедева.

— Этого вам, дамочка, совсем даже нечего знать, — ответил красногвардеец.

— Я не дамочка, а комиссар отряда Дыбенко. Поэтому я и спрашиваю, какой вы части или организации?!

— А к чему это тебе? — отозвалось несколько красногвардейцев.

— Вот мой мандат от Центрального Комитета нашей партии, за подписью товарища Ленина, если вы не верите моим документам, — пояснила Лебедева.

Начальник Вместо предисловия 8 страница охраны бережно взял документ. Человек пять красногвардейцев со всех сторон заглядывали в мандат.

— Подпись — Ленин, в скобках — Ульянов. Слыхали, ребята, сам Ленин подписал! Значит, правильно, что товарищ Лебедева в комиссары поставлена, — повеселел начальник охраны. — Извинения просим за беспокойство. Время тревожное. Всякая гидра тут бродит!..

— Правильно делаете, товарищ, что внимательно проверяете документы, — ответила Лебедева.

— Вы, товарищ комиссар, спрашивали, из какой мы организации. Разрешите доложить: из красногвардейского отряда Кренгольмской мануфактуры. Она тут, рядом, на Ивангородском форштадте, — уже вдогонку крикнул начальник охраны.

Эшелон отряда Дыбенко стоял на запасном пути.

В вагоне Лебедева и Петров застали только Парского и его помощников. Висевшая на Вместо предисловия 8 страница стене большая карта была утыкана разноцветными флажками. Красные обозначали советские части, а синие — немецкие. Красные флажки преобладали, но они были разбросаны по всей карте. Синие же сосредоточились около Нарвы и Пскова. Парский доложил Лебедевой, что Дыбенко еще не вернулся с объезда частей.

— Какова обстановка на фронте? — справилась Лебедева.

— По данным воздушной разведки, на фронте Финский залив — Чудское озеро — Псков германские войска в составе двух-трех корпусов слабого состава продолжают быстрое продвижение на восток, — ровным голосом сообщил Парский. — На ревельском направлении передовые части появились у станции Орро, тут произошло несколько стычек с морскими частями и латышскими стрелками. Силы немцев в Вместо предисловия 8 страница нашем районе исчисляются в два-три полка пехоты кроме небольших подвижных соединений. Южнее Нарвы и по побережью Финского залива тоже двигается примерно по полку. Им приданы легкие и несколько тяжелых орудий. Немцы надеются захватить Петроград наскоком. Имей мы две-три надежные в боевом отношении дивизии, и вся эта немецкая авантюра рухнула бы. Но у нас таковых нет…

Парский вздохнул и развел руками.

— Напрасно вы так думаете! — возразила Лебедева. — Я вчера видела, как сражался Стальной отряд рабочих, и знаю, что за эти два дня он превратился в настоящую боевую часть. Затем у нас есть матросы и латыши. И, наконец, гарнизон Нарвы Вместо предисловия 8 страница составляет два полка старой армии. Это уже не так мало!

— Со временем рабочие отряды, возможно, и приобретут боевые качества, но сейчас нельзя рассчитывать на них, как на реальную боевую силу, — теребя бородку, настаивал Парский.

— Рабочие отряды несокрушимой стеной станут на пути немцев, — с жаром возразила Лебедева.

— Блажен, кто верует!.. Я считаю, что артиллерию и обозы следует держать за рекой Нарвой. Так-то будет поспокойнее, хотя Нарву и защищают наиболее надежные в нашей войсковой группе части — два полка старой армии.

Хлопнув дверью, вошел Дыбенко. Потирая замерзшие руки, поблескивая глазами, он сообщил, что следует скоро ожидать наступления немцев на Нарву.

— Партизаны-разведчики Вместо предисловия 8 страница прямо говорят о сосредоточении германцев в районе станции Вайвара. Очевидно, они замышляют удар по Нарве вдоль железной дороги и по шоссе, что проходит южнее, — закончил Дыбенко.

— Не следует ли заманить немцев в мешок, выдвинув к станции Вайвара наши фланги и осадив центр к станции Корф или Сольдино? — предложил Петров.

— При таком расположении наши фланговые части сами окажутся под ударом во фланг и даже в тыл, — раздраженно возразил Парский. — Немцы не замедлят воспользоваться столь благоприятным для них случаем и разгромят выдвинутые вперед отряды.

— Немцы от железной дороги далеко не отходят и не сразу разберутся в обстановке. Тем временем рабочие отряды успеют Вместо предисловия 8 страница нанести удар по противнику, двигающемуся вдоль железной дороги, — подхватил идею Петрова Дыбенко.

— Слушаюсь! Но заранее предупреждаю: ничего, кроме конфуза, из этого не получится, — недовольно ответил Парский. — Немцы — очень серьезный и опасный враг, что вы, товарищ Петров, как боевой офицер, конечно, знаете не хуже меня.

— Нынешние немецкие солдаты не те, что были в 1914 году, — поддержал Петрова командир отряда. — После трех с половиной лет тяжелой войны и Октябрьской революции они вовсе не стремятся умереть за своего кайзера и фатерлянд.

Петров попросил дать наряд на боеприпасы, но Дыбенко пригласил его принять участие в выработке диспозиции на завтрашний день.

Парский Вместо предисловия 8 страница сначала отнесся критически к поставленной перед ним задаче, но затем, углубившись в изучение карты, пришел к заключению, что предложенный план не так уж плох.

— Будь у нас хоть дивизия пехоты с бригадой артиллерии, какие были в 1914 году, я бы устроил немцам маленькие Канны, от которых их не спас бы никакой хваленый Клаузевиц, — с увлечением говорил теперь старый вояка и принялся диктовать очередной приказ.

Инженеру стало ясно, что этот старик со смешной козлиной бородкой является незаурядным военным специалистом. Ему только не хватает веры в неисчерпаемые силы рабочего класса.

— Вы ведь инженер? — вдруг обернулся к нему Парский.

— Да, — ответил Петров.

— Знаете, что такое Вместо предисловия 8 страница бой? Уравнение со многими неизвестными. И тот генштабист хорош, кто умеет их решать. Я когда-то очень любил математику. Это развило во мне привычку к точному мышлению и весьма пригодилось на войне.

Было около полуночи, когда наконец приказ был написан и получил одобрение Дыбенко и Лебедевой.

Артиллерия Стального отряда должна была в четыре часа утра выступить в район деревни Сольдино. До этого времени надо было получить снаряды и патроны. Петров поспешил в свой отряд.

Глава 18

Ветреный поздний рассвет застал артиллерийский дивизион Стального отряда в районе станции Сольдино, километрах в двадцати к западу от Нарвы. Здесь уже находился отряд моряков Вместо предисловия 8 страница, вместе с которым рабочие Стального отряда отражали атаки под деревней Варты. Дивизионом командовал Прахов. Вместе с Петровым он заранее прибыл сюда, чтобы до подхода дивизиона к Сольдино побывать в морском отряде и договориться о совместных действиях.

Командование отряда моряков размещалось в большой пятистенной избе. Здесь сидели человек двадцать матросов. Все они отчаянно дымили махоркой, громко о чем-то спорили, стараясь перекричать друг друга. Трудно было разобрать, кто тут командир и кто подчиненные.

— Вы ко мне, товарищ Петров? — крикнул один из моряков.

Инженер узнал Лутковского — бывшего морского офицера, с которым он познакомился под Вартами.

Веселый розовощекий крепыш, широко улыбаясь, пожал руки Вместо предисловия 8 страница гостям. Тут же находился также уже знакомый по прежним совместным боям кряжистый матрос с обветренным лицом и серебряной серьгой в левом ухе.

— Это — Вавилов, мой комиссар, — представил матроса Лутковский.

В избу то и дело входили матросы с донесениями от выдвинутых вперед, к станции Корф, разведчиков. Просматривая донесения, Лутковский наносил на карту полученные от разведчиков сообщения о продвижении немцев.

— Надо торопиться, а то можем не успеть подготовить огневую позицию для батарей, — забеспокоился Петров.

Моряки в свою очередь справились у Прахова, где он собирается установить свои пушки и как думает вести бой с немцами.

Сообщение, что пушки будут Вместо предисловия 8 страница установлены, как обычно, на закрытых позициях за лесом, вызвало резкое недовольство моряков.

— Это нас, моряков, не устраивает, — прямо заявил Лутковский, румяное добродушное лицо его сделалось суровым. — Пушки должны стоять в стрелковой цепи и бить по немцам прямой наводкой!

— А если ваши матросики отойдут? — строго спросил Прахов. — Что мы тогда будем делать? Заберет немец пушки, тогда лучше не показывайся на глаза нашим рабочим: сразу к стенке поставят и пикнуть не дадут!

Матросы зашумели:

— Моряки не отступают! Еще не было случая, чтобы немец нас погнал! У нас, моряков, твердый закон — сам погибай, но товарища выручай! Плохо вы знаете, товарищ, матросов!

— Если вы Вместо предисловия 8 страница так боитесь потерять свои пушки, то держали бы их в Питере, в музее, — съехидничал Лутковский.

— Молод ты, товарищ, говорить мне такие слова! — с возмущением проговорил Прахов. — Тебя еще на свете не было, когда я рисковал не пушками, а своей жизнью на царской каторге, будь она трижды проклята!..

Старый рабочий смотрел на моряка так сердито, что тот не выдержал его осуждающего взгляда и опустил глаза.

— Как ты смотришь на предложение моряков, товарищ Петров? — спросил Прахов.

Инженер внимательно рассматривал карту.

— Принять это предложение, конечно, можно, — задумчиво сказал он. — Но установить пушки на краю леса в густом ельнике и глубоком снегу не Вместо предисловия 8 страница так-то легко, а времени у нас в обрез.

— Пусть только подойдут ваши пушки, мы их на руках перенесем в нужное место, — вмешался Вавилов.

— Ну что ж, если вы поможете, то все будет в порядке, — согласился Петров. — А гаубицы придется все же поставить за лесом. Из них прямой наводкой по движущейся цели стрелять трудно. Я предлагаю, когда подойдет немецкий эшелон, гаубичными снарядами разбить полотно железной дороги. Тогда поезд попадет к нам в руки со всеми пушками и пулеметами, а солдаты будут или перебиты, или разбегутся.

Матросы одобрительно зашумели.

В это время в избу вошел Орехов и доложил Прахову о прибытии Вместо предисловия 8 страница дивизиона.

— Батареи стоят на шоссе около переезда. Куда их направлять? — справился он.

— А ну, братишки, поднимай всю матросню! Доставим пушечки, куда положено! — вскочил с места Вавилов.

Матросы, громыхая сапогами, выскочили из избы.

Чтобы не застрять в глубоком снегу, артиллеристы с помощью матросов соорудили из досок некое подобие полозьев, поставили на них пушки и вместе с моряками перетащили орудия в ельник.

Оборонительный рубеж моряков тянулся вдоль опушки леса, густо поросшей кустарником, который местами почти вплотную подходил к полотну железной дороги. Земля промерзла, лопат не было, и поэтому пришлось ограничиться сооружением вокруг орудий снежного бруствера. Никакого укрытия от пуль и Вместо предисловия 8 страница тем более от артиллерийского огня снег, конечно, не давал, но служил хорошей маскировкой.

Гаубицы пришлось перевезти через перелесок и установить их прямо на проселочной дороге, проходящей сразу за узкой полоской леса.

Когда орудия были наконец установлены, уже совсем рассвело. Поземка превратилась в настоящую вьюгу. Завыл ветер, снег тучами кружился в воздухе, сильно ограничивая видимость.

Легкими пушками в матросской цепи командовал Прахов, а руководство гаубичной батареей, стрельба которой требовала специальных расчетов, взял на себя Петров. Он выбрал наблюдательный пост на стоге сена, расположенном в сотне метров от гаубиц. До полотна железной дороги от стога было примерно столько же, но и Вместо предисловия 8 страница на таком расстоянии железнодорожная насыпь была еле заметна в белесой пелене метели.

Петров с опаской поглядывал в направлении станции Корф, совершенно скрытой снежной завесой. Оттуда ежеминутно можно было ожидать появления немецкого бронепоезда или эшелона с солдатами.

Опасения инженера вскоре оправдались: прибежал разведчик от Орехова и сообщил, что до батальона немцев с десятком легких пушек, поставленных на железнодорожные платформы, движется к станции Корф. Другие пехотные подразделения, посаженные на крестьянские розвальни, вместе с легкой батареей из четырех орудий, идут по шоссе. Впереди их двигаются небольшие заставы лыжников.

Петров сейчас же направил прибывшего разведчика к морякам.

Минут через двадцать разведчик прибежал назад Вместо предисловия 8 страница.

— Черт его знает, товарищ инженер! — раздраженно заговорил он. — Эти моряки не то очень уж храбрые, не то просто дурные…

— Что случилось? — насторожился Петров.

Курносый молодой литейщик зло сплюнул в сторону.

— Ну, доложил я их командиру, что немцы идут, а он только расхохотался. А его дружки давай хвастать, как они немцев до самого Ревеля погонят. А сами и не думают вылезать из избы.

Встревоженный Петров сам побежал к морякам.

В просторной избе было жарко и накурено. Матросы играли в карты, курили, пили чай. Возле докрасна раскаленной печурки Прахов спорил с Вавиловым. С десяток матросов молча слушали спор комиссаров.

— Зачем Вместо предисловия 8 страница нам мириться с немцем, зачем нам Брестский мир, коль мы побить можем колбасников?! — стукнул кулаком по столу Вавилов. — Побить и устроить в Германии революцию…

— Чем побьешь? Голыми руками, что ли? — возражал Прахов.

— У нас есть и пушки, и пулеметы, и ружья с патронами. Значит, мы не безоружны.

— Обученных солдат нет! Рабочие отряды воевать еще не научились. А немец четвертый год подряд воюет, завоевал полмира. Да и пушек и всякой другой военной техники у него куда больше, чем у нас, — убеждал Прахов. — И еще одну глупость ты сказал — как это мы будем устраивать в Германии революцию? Революцию должны устроить сами немцы…

— Товарищ Прахов Вместо предисловия 8 страница! — крикнул Петров. — Немцы подходят…

— Что?! — Прахов вскочил. — Почему вы, товарищи моряки, ничего мне не сказали?

— А чего говорить? — лениво возразил Лутковский, — Успеем побить немцев. Теперь, когда у нас пушки, мы быстро им набьем по первое число.

— Маркел Яковлевич! Нельзя терять ни минуты! — торопил Петров.

Прахов надел треух и выбежал из комнаты. За ним вразвалочку вышли моряки.

Задыхаясь от ветра, Петров добежал до своего наблюдательного пункта. Едва он успел взобраться на копну, как сквозь белесую муть показался темный силуэт медленно двигающегося состава.

Поезд приближался. Все яснее слышался перестук вагонных колес. Уже можно было различить очертания отдельных вагонов, платформ, паровоза.

Перед Вместо предисловия 8 страница паровозом двигались две платформы со шпалами, рельсами и другим ремонтным имуществом. На них были установлены пулеметы, около которых примостились совсем занесенные снегом фигуры солдат. Закутавшись в башлыки и шубы, немцы старались укрыться от снежного вихря и почти не смотрели по сторонам дороги. На тендере паровоза тоже был водружен пулемет. За ним шли еще две платформы с установленными на них легкими пушками. Орудийная прислуга жалась за щитами орудий и зарядными ящиками. Затем двигались товарные вагоны с солдатами. Двери теплушек были чуть приоткрыты, и сквозь эти щелки выглядывали немцы. Из некоторых вагонов высовывались тупые рыла пулеметов. В хвосте эшелона было Вместо предисловия 8 страница прицеплено еще две платформы с пушками.

Параллельно с эшелоном, по шоссе, двигалась длинная вереница крестьянских саней и повозок. На них сидели скорчившиеся от холода и ветра солдаты. Десятка полтора немецких лыжников с большим трудом двигались в голове колонны. Человек десять шли по ельнику, рядом с дорогой.

Немцы, как видно, не особенно заботились о своей безопасности. Не то они не предполагали возможности сопротивления, не то были уверены, что в такую плохую погоду русские воевать не будут. Разведчики-лыжники спокойно прошли мимо занятого моряками ельника и двинулись дальше. Только один из них зачем-то сунулся в лес и там неожиданно столкнулся нос Вместо предисловия 8 страница к носу с двумя дюжими матросами. Остолбенев от удивления, он не успел не только выстрелить, но даже крикнуть, как матросы схватили его, обезоружили, заткнули рот и чуть живого от страха уволокли в чащу.

Петров с нетерпением ожидал начала боя. Было условлено, что гаубицы открывают огонь после залпа легких пушек.

«Почему они тянут? Почему не стреляют?» — нервничал инженер.

Эшелон уже почти миновал участок моряков, когда Прахов дал условный залп. Затрещали пулеметы. Сразу вспыхнула жаркая перестрелка.

Немецкие солдаты стали выпрыгивать из теплушек. Они сразу попадали под губительный пулеметный и винтовочный огонь и в ужасе метались возле железнодорожной насыпи.

Двигавшаяся Вместо предисловия 8 страница по шоссе колонна саней и розвальней после первого залпа повернула назад. Сани застревали в сугробах, переворачивались. Обезумевшие от страха солдаты выскакивали на ходу из саней и зарывались в сугробы.

После первого орудийного залпа паровоз затормозил и дал задний ход. С нарастающей скоростью эшелон устремился обратно к станции Корф. Стоявшие на платформе пушки и пулеметы открыли беспорядочный огонь, еще усиливавший панику.

— Уходит! Уходит! Скорее огонь по поезду! — кричал Прахов, подбегая то к одному, то к другому орудию.

Наводчики изо всех сил старались подбить паровоз или хотя бы один вагон, но в спешке из-за плохой видимости снаряды летели мимо цели.

Состав Вместо предисловия 8 страница на полных парах отходил к станции Корф. Гаубичный огонь тоже оказался малодейственным. Ни одна бомба не попала в полотно дороги, хотя осколками снарядов был поврежден паровоз, сразу окутавшийся паром.


documentaqtxtnl.html
documentaqtyaxt.html
documentaqtyiib.html
documentaqtypsj.html
documentaqtyxcr.html
Документ Вместо предисловия 8 страница